Советский Советск

Послевоенная советская политика дегерманизации Восточной Пруссии включала в себя не только депортацию немецкого населения и заселение территории советскими гражданами, но и разрушение памяти прошлого времени. Официальная история практически исключала всё, что происходило здесь до 1945 года. После Потсдамской конференции эта задача была поставлена Комунистической партией тогда, а сегодня перешла к российскому государству вероятно потому, что той партии уже давно нет, а история осталась. Отсюда и поговорка до сих пор пор актуальна: «От Адама до Потсдама здесь истории не было».

Но Тильзитский мир, унизительный для Пруссии, — и сегодня одно из самых известных событий в истории нынешнего Советска. Кто-то помнит его по школьным учебникам, кто-то — по роману «Война и мир», где вчерашние противники становятся союзниками и обмениваются орденами, а офицер Николай Ростов мучительно пытается понять, «ради чего были все эти смерти и оторванные руки-ноги, если теперь враги стали друзьями?»

Я же, читая сегодня об этих далёких событиях, представляю себе нынешних героев новостной повестки: Трампа, Путина и Зеленского. Представляю, как Трамп награждает орденом Путина, а Путин — Трампа, как они договариваются о разделе сфер влияния в Европе. Зеленскому в этой воображаемой сцене остаётся наблюдать, как решают судьбу его страны. И я думаю: не станет ли будущий мир для Украины таким же унизительным, каким Тильзитский оказался для Пруссии?

В музеи истории города Тильзита - Советска я так и не нашел столь занимательного факта того, как в угоду новой истории города был изменен год создания  моста королевы Луизы - 1907. Это было сделано гениально просто: «0» заменили на «4» и получалось так, что даже моста не было до Потсдамской конференции.  А в середине 60-х годов вместо барельефа королевы Луизы повесили герб СССР. Удивительно как похожи методы фальсификации истории времен сталинизма и нынешние. Отличия лишь в технологиях. И только в 2003 году, после реставрации портала, вернули изображение Луизы и утраченные декоративные элементы. Кроме года создания моста. 

Справедливости ради стоит отметить, что вчера, поздравляя Советск с Днём города, губернатор Калининградской области сказал: «В Советске сохранился мост королевы Луизы – один из символов города. Его построили в 1907 году к 100-летию Тильзитского мира, который здесь заключили Александр I и Наполеон». После речи губернатору предложили попробовать вишнёвый пирог длиной 80 метров и шириной метр — самый большой в России, испечённый специально к 80-летию Советска. Губернатор попробовал его первым, после чего «закусанный пирог» чиновником стали бесплатно раздавать собравшимся горожанам. 

Снимая в Советске, невозможно не думать о Тильзите, которого вроде бы уже нет, но который остаётся повсюду — от старых зданий из красного кирпича до немецких тарелок на рынке. Есть Советск как объективная реальность, и есть Тильзит как фантом памяти. К юбилею города музей открыл новый зал с выставкой «Советский Советск». Тем временем во дворе участники клуба Тевтонского ордена бились на мечах и топорах. Посмотреть на средневековые поединки собрались десятки горожан, а в залах советского прошлого я оказался единственным посетителем. Здесь чувствуешь, как Советск и Тильзит живут в разных геометриях: официальная история разводит их по параллельным прямым Евклида, а человеческая память сводит вместе, словно в пространстве Римана.

Будущий гимн Литвы напечатали в Тильзите — и переправили контрабандой

Тильзит, а ныне Советск, исторически часто был город-граница и местом промысла контрабандистов. В шестом номере Varpas за 1898 год впервые опубликована «Национальная песнь» Винцаса Кудирки, будущий литовский гимн. Номер отпечатала известная тильзитская типография Отто фон Маудероде. Газету тайно доставили в Литву, находившуюся тогда под властью Российской империи. В то время запрещалось печать латиницей в том числе на литовском языке.  

Национальный музей Литвы приводит версию о контрабандистах: рукопись могла перенести через границу русская подруга Кудирки — Валерия Крашевская или её дочь Мария — дворянок досматривали менее строго. Кто именно перенёс будущий гимн Литвы — достоверно не установлено. Другими словами: контрабанда начиналась с рукописей. 

Так или иначе, но контрабандисты работают до сих пор: свою фотокнигу Calamity Islands, напечатанную в Литве в 2022 году, я не смог официально ввезти в Калининградскую область. На российской границе таможенный офицер предложил компромисс: «Подпиши заявление, что ты забыл важные документы в Литве, и мы отправим тебя обратно вместе с грузом. В противном случае мы задержим тебя, арестуем машину и твои книги». Я подписал. Вернувшись в Литву, обратился к контрабандистам. Они за 12 часов доставили книги в Россию — несмотря на то, что кроме фотографий в текст в ней был написан латиницей, но это был не гимн «Прекрасной России Будущего», а всего лишь фотоистории о Сахалине и Курилах - неизведанной земле жестокой Российской империи.

Photo Book | By Oleg Klimov

Buy Now

За рекой Неман — бывший пригород Тильзита

Панемуне (Panemunė), видимый поселок сегодня из Советска на противоположном берегу Немана, прежде назывался Übermemel и был пригородом Тильзита. В 1920 году по условиям Версальского договора его вместе с Клайпедским краем отделили от Германии и передали под управление французской администрации. После Мемельского восстания в январе 1923 года край перешёл под контроль Литвы. В Панемуне появились литовская таможня и пост пограничной полиции.

Но любопытнее всего оказались не военные и не политические последствия в результате перемены границ, а народные: Панемуне стал центром приграничной торговли и контрабанды. Открылись лавки, трактиры, рынки, игорные заведения. Тильзитцы переходили мост королевы Луизы, чтобы дешевле пообедать и развлечься. Однако уже в 1939 году после нацистской аннексии Клайпедского края пригород снова оказался в составе Тильзита. «Пляж вернулся в свой город», - иронизировали тогда немецкие горожане. 

Волчьи дети Восточного фронта

После войны (1945) тысячи немецких детей из разорённой Восточной Пруссии оказались в Литве. Их стали называть «волчьи дети» вероятно потому, что они группами и по одиночке бродили по лесам и близлежащим деревням в поисках пропитания и жилья. Часть из них погибла, часть нашла приют в литовских семьях. 

Через Советск, тогда еще Тильзит, и реку Неман пролегал один из главных маршрутов, по которому голодающие сироты Восточной Пруссии бежали в Литву за хлебом и потом возвращались в развалины Тильзита. В городе и его окрестностях пересеклись судьбы тысяч детей. Многие из них потеряли здесь родителей или использовали Тильзит как последнюю точку сбора перед переходом границы. 

В литовском Музее оккупации и борьбы за свободу есть выставка о 1945–1948 годах:  «Волчьи дети: дорогой хлеба из Восточной Пруссии в Литву». Смотреть её, читать истории и интервью с оставшимися в живых «волчьими детьми», спустя даже 81 год,  невозможно без содрогания  и осознания всех ужасов войны по отношению к невинным детям.

Урсула Хаак (Ursula Haak)

родилась в 1935 году в местечке Бирйолен (недалеко от Тильзита). После того, как советские солдаты убили её мать, 10-летняя Урсула осталась одна с двумя младшими братьями. Местный немецкий фермер подсказал ей: «Иди в Литву, там тебе помогут».

Чтобы пересечь границу, дети пришли на вокзал Тильзита. Её младший брат Хорст от истощения больше не мог ходить. Истощенные дети были вынуждены оставить его на время в городском парке Тильзита, надеясь вернуться за ним, когда добудут еду в Литве. Однако, когда Урсула вернулась, мальчика в парке уже не было — его судьба так и осталась неизвестной. Сама Урсула смогла выжить в Литве. [Вся история на немецком]

Элла Карин Мацик (Ella Karin Macik)

родилась в селе Скарзиннен (Рихтенберг) в Восточной Пруссии. В январе 1945 года, когда к селу подошла Красная армия, её мать Эмма попыталась увести двоих детей в безопасное место, но из-за хаоса и сильных морозов они оказались заблокированы в кольце окружения.

Пытаясь выжить, семья пешком дошла до Тильзита, где укрылась в здании бывшей таможни у реки Неман. Там произошла трагедия: мать вышла за водой, была схвачена советскими солдатами и больше не вернулась. Двухлетняя Карин и её старший брат Зигфрид остались совершенно одни.

Голодающие дети вместе с другими сиротами перешли через реку Неман в Литву. Карин приютила литовская крестьянская семья Йонаса и Расы Драсутайтисов из деревни Видгиряй. Чтобы спасти девочку от советских властей, её немецкое происхождение скрыли, дав ей новое имя.

В 1964 году Элла Карин вышла замуж за литовца Йонаса Матимайтиса, у них родилось двое детей. Она всю жизнь прожила в Литве, работая и скрывая свое прошлое до распада СССР. [Вся история на литовском]

Джон Кей (John Kay)

в предисловии книги The Wolf Children of the Eastern Front: Alone and Forgotten будущий фронтмен группы Steppenwolf Джон Кей пишет: родился в Тильзите в 1944 году. В книге он объясняет страшный семейный парадокс: гибель отца, возможно, спасла жизнь ему и матери. Отец погиб на фронте за месяц до его рождения. Получив статус военной вдовы, мать смогла взять ребёнка и уехать поездом к его бабушке по отцовской линии. Так они избежали того бегства из Восточной Пруссии, которое предстояло тысячам других семей.

Кей не выдаёт себя за одного из «волчьих детей». Напротив, пишет о том, насколько иначе могла сложиться его судьба, останься они в Тильзите.

Памятник Волчьим Детям расположен всего в 5 километрах к северу от Советска на Литовской стороне. Он был открыт в 1992 году по инициативе немецкого общества взаимопомощи «Edelweiß-Wolfskinder». Мемориал представляет собой памятный крест и камни с надписями, напоминающими о тысячах сирот и жителей Восточной Пруссии, погибших от голода и холода в 1944–1947 годах. 

В советском Советске за 80 лет истории города даже нет об этом официальных упоминаний и, тем более, памятников или мемориалов. Может быть, если бы мы лучше знали историю «волчьих детей», то сумели бы предотвратить хотя бы часть трагедий, которые сегодня переживают дети на войне России с Украиной.

Немецкое кладбище сохранилось благодаря русским могилам

Лесное кладбище в Тильзите было открыто в 1909 году как городское с парковым устройством, где хоронили обычных жителей. История землячества Тильзита, После Первой Мировой войны там были также похоронены немецкие и российские солдаты. 

Наличие русских могил Первой Мировой войны помогло сохранить территорию после Второй мировой. При этом немецкие участки могил в 1945 году были сровнены с землей. Сегодня Volksbund  описывает сохранившиеся семейные надгробия 1909–1944 годов, воинские участки и могилы гражданских жертв.

На Лесном кладбище Тильзита захоронены 485 русских, 1 румынский и 514 немецких воинов, погибших в годы Первой мировой войны. А также около 2 тысяч солдат вермахта, погибших во Второй мировой войне.

Крематорий был построен на вершине холма в 1911-1913 годах и по своим архитектурным формам напоминал собор. Сегодня от здания крематория остались обломки. Его взорвали в послевоенные годы. Для чего это было сделано - загадка.

Сегодня «Наш пляж» оказался за границей

На вопрос «Что из вашего детства теперь находится за границей?» Бывший советский житель рассказал о пляже на литовском берегу, романтических прогулках на «Ракете» и продуктовых покупках в тогда еще советской Литве: «Мы по мосту Луизы ходили на пляж - там проходило наше детство».

А из лихих 90-х можно услышать рассказы о том как мост королевы Луизы стали называть "сахарным" или просто "самым сладким". Дело в том, что сахар в новой России был значительно дешевле, чем в отделившейся Литве и местные жители чуть ли не мешками переносили его в бывший пригород Тильзита на другую сторону реки и продавали там дороже. Потом были и сигареты, которые переправляли прямо по реке и, конечно, бензин, который сейчас в дефиците и в Советске, но из Литвы его никто не возит.

Удивительной для меня новостью в последнем посещении города оказалось и то, что этим летом были вновь разрешены водные прогулки по пограничной реке Неман не на «Ракете», конечно, и не на БПЛА, понятно, а на небольшом прогулочном катере и всего за 1000 рублей. При себе нужно иметь паспорт гражданина России и разрешение на пребывание в пограничной зоне, которое в итоге никто не спрашивает потому, что оно выдается в ФСБ, и все туда боятся обращаться.

Бывшая антисоветская жительница Советска вспоминает о поездках верующих в Литву чтобы тайно крестить своих детей: в Калининградской области долго не было действующих храмов православной конфессии, но сегодня их больше, чем супермаркетов в городе благодаря тому, что все бывшие немецкие кирхи были переданы государством в собственность московской патриархии. 

Передвигаясь по городу, заходя в магазины и госучреждения, возвращаясь в свои старые дома, советчане каждый день оказываются и жителями Советска, и обитателями сохранившегося Тильзита. Чтобы жить в немецком доме, совсем необязательно знать, кто жил в нём до тебя и какова история этих людей. Прошлое присутствует физически, но может оставаться незамеченным в настоящем. Тогда Советск и Тильзит существуют как параллельные прямые на плоскости Евклида. Но стоит, однако, заметить стёртую немецкую надпись на фасаде, рассмотреть старую фотографию или узнать историю прежних жильцов — и городская память переходит в пространство Римана, где параллели соединяются и обретают точки встречи. Для этого нужно «другое зрение»: внимание к деталям и желание понять, что за ними стоит. И тогда можно увидеть уже не только границу между двумя городами, но и жизнь, которая продолжается.

Олег Климов, фриланс фотограф. Советск - Тильзит, сентябрь 2026

Share the story — make the world freer: